На прошлой неделе в столице Коми состоялось первое в культурной жизни республики ледовое шоу. Его режиссер-постановщик – 22-летняя студентка Санкт-Петербургского университета профсоюзов Анастасия Есева. В ее творческом «портфолио» - световое шоу «Мысли огня», детский мифологический спектакль «Тайна книги Ошлапея», постановка «Все, все и даже Незнайка идут в школу», православные концерты, фестивали и спектакли («Путь твой и страшен и труден», «Вера, Надежда, Любовь» и др.), фестиваль современной песни «Койташ», ледовое шоу «Вихри Севера». О том, как за пару лет сделать карьеру на поприще режиссуры массовых действий, Настя рассказала корреспонденту БНКоми.

Фото из архива Анастасии Есевой

- Ты пробовала себя в самых разных постановочных жанрах: в концертах, шоу, православных праздниках. Что нравится больше всего?

- Самый любимый жанр – шоу. В православных мероприятиях есть определенные каноны, которые переступать нельзя, концерт тоже задает тебе определенные рамки. А вот в шоу – абсолютная свобода, тут я могу делать все, что угодно, – воплощать задумки, ставить эксперименты, смешивать жанры. Единственное, за что никогда не возьмусь – и образования не хватает, и не мой жанр, – это театральные постановки. Исключение составляют детские спектакли. Над одним из них мы как раз сейчас работаем с моими учениками в Гимназии искусств при главе республики.

- Ты камерный или массовый режиссер?

- Я люблю работать с толпой. Но это не безликая толпа. Я нацеливаюсь на понимающую и благодарную публику. Иногда после представления даже выхожу в фойе к концу представления – мне важно услышать впечатления зрителей, обрывки фраз, когда они говорят об увиденном. Я сужу об успехе постановки по живым отзывам, а не по комментариям в сети, которые часто оставляют те, кто даже не видел концерта или шоу.

- Готова производить то, что «пипл хавает»?

- Однозначно, нет. Я убеждена, что публику нельзя унижать низменными зрелищами. Простите за морализаторство, но ее надо воспитывать, давать ей новые знания, ощущения, и они всегда должны быть положительными, а не разрушительными или физиологическими. Кстати, во многом епархиальные мероприятия позволяют всегда помнить об этом мериле. Я никогда не позволю себе моментов, попирающих нравственность. Так что могу вам дать гарантию, что стриптиз или шуток «ниже пояса» в моих постановках вы никогда не увидите.

- А как ты вообще попала в режиссерский цех?

- Можно сказать, случайно. Я все детство пела, с седьмого класса не слезала со сцены, мечтала стать певицей. А в Сыктывкар приехала только после 9-го класса – в Гимназию искусств. Оказалось, что для вокального отделения я уже «старенькая» - надо было поступать в пятом классе, ну я и пошла «как бы в артистки». А на нашем отделении вдруг начали говорить о какой-то режиссуре. Мне это было неинтересно, так что первые полгода я плелась в апатичных отстающих. А потом характер взял свое: я по натуре лидер, ну и в гимназии это мне тоже помогло: лидер – значит, лидер во всем – и в интернате, и в общении, и в учебе. А потом вдруг как будто глаза открылись на режиссуру: я поняла, насколько это интересно и сколько возможностей передо мной открывается. Хотя, знаете, рамки у нас в городе изначально узковаты: даже уже учась в колледже культуры, я и помыслить не могла, что пойду дальше культурно-массовых мероприятий и роли профессионального тамады на свадьбах.

- И как все-таки получилось, что ты так развернулась – практически «монополистом» на рынке постановок стала?

- Вот тут я кланяюсь своему учителю и другу Виктору Михайловичу Напалкову. Это он меня «разглядел». Сначала доверил мне провести капустник на 15-летие гимназии. Доверил и... забыл – даже не интересовался, как там у меня дела с постановкой. Я поначалу обиделась, а потом до меня дошло, что он мне просто-напросто доверяет. Ну и не ударила в грязь лицом.

Дальше – больше – проведение первого фестиваля современной коми песни «Койташ». Причем, я знаю, многие Виктора Михайловича предостерегали: как, мол, можно доверять мероприятие республиканского масштаба девчонке? Это правда, мне тогда 19 лет было, на втором курсе училась. Помню, что даже министр национальной политики, зная, что Напалков отдал фестиваль «на откуп» неопытной студентке, на всякий случай предупреждал: мероприятие первое, может получиться как в поговорке – «первый блин комом». Но мы его не подвели.

- Какие постановки ты можешь назвать самыми любимыми?

- Разумеется, «Койташ». Он был первым, он заставил меня повзрослеть, почувствовать всю прелесть профессии. Не менее любимы проекты, которые мы сделали с Андреем Горбуновым, – световое шоу «Мысли огня» и ледовое шоу «Вихри Севера». Это совершенно новые вещи, это такой мощный толчок и для меня, и для ребят, которые в них участвуют! И учат они очень многому в профессиональном и техническом плане. В ледовом шоу, например, мы поставили самые мощные световые сканеры, которые просто заливают сцену светом, слепят актеров. А оказалось, что лед просто поглощает свет, и этого недостаточно.

- Кроме светских, ты ставишь и все епархиальные мероприятия. Они не входят в число любимых?

Фото Сергея Зиновьева

- Это совсем другая тема. Они мне необходимы. И не просто любимы, а сокровенны. Это те заказы, которые я буду брать всегда, как бы загружена ни была. Впервые я сотрудничала с Сыктывкарской и Воркутинской епархией в качестве ведущей. Потом отец Филипп пригласил меня поставить заключительный концерт Пасхального фестиваля. Мне выдали заранее список выступающих, и моя задача сводилась к минимуму – просто расставить их в последовательности. И после этой постановки отец Филипп совершенно перестал меня контролировать. Мне дали полную свободу. Оказалось, что каноны вовсе не мешают включать элементы театрализации, делать постановки динамичными и яркими. И тут есть бессонные ночи, драйв, творческая суматоха. Например, заключительный концерт фестиваля духовной музыки «Вера, Надежда, Любовь» я всегда ставлю в последнюю ночь перед концертом, т.к. победители становятся известны накануне поздно вечером. И всегда эти концерты проходят легко, на одном дыхании. И работается радостно. Потому что все с благословения.

- А когда работается тяжело?

- Ну, вот последний пример. Открытие Финно-угорского этнопарка в селе Ыб. Мне пришлось работать над этим заказом во время Успенского поста. И с самого начала что-то не заладилось: и с аппаратурой, и с погодой, потом автобус с гостями сломался, и до сих пор какие-то мелкие неприятности дают о себе знать. А так, обычно любая постановка увлекает. Сейчас я уже научилась отказывать, раньше бралась за все.

- От чего приходится отказываться?

- Во-первых, от того, что противоречит моим внутренним убеждениям. Во-вторых, смотрю на бюджет. Если он более чем скромный, значит, и результат будет не самый лучший, а самое главное, моя команда не получит достойного вознаграждения. Исключение составляет только епархия.

- Кого ты считаешь своими учителями в профессии?

- Ну, это не гуру и не звезды мировой величины, а люди, которые были и есть со мной рядом. Виктор Михайлович Напалков, друг и учитель, в любую минуту я могу к нему обратиться за советом – не только профессиональным, но и человеческим. И покойный Юрий Николаевич Изюмский, у которого мне посчастливилось учиться. До сих пор не верится, что он ушел от нас, это настоящая трагедия! Он учил студентов режиссуре «с человеческим лицом», учил обращаться с людьми, читать, мыслить – тем фундаментальным качествам, без которых не будет настоящего режиссера.

- Настя, ты настоящий «национальный кадр» с прекрасным знанием родного языка, пониманием процессов, необходимых для продвижения и сохранения родной культуры. Где таких «выращивают»?

- Родом я из Важкурьи Корткеросского района. Вторая из пятерых детей. Воспитывала меня мама: папа погиб, когда я была в третьем классе. Мама зоотехник, но всю жизнь пела. Хороший голос – это у меня от нее.

- В Коми ты, можно сказать, состоялась. Не думаешь податься «покорять столицу»?

- От этого я застрахована. Я не мыслю себя без Коми. Хочу работать только тут, на национальном материале, очень люблю деревню, Сыктывкар, уважаю свои корни. У нас много языческого, но мне ближе эпоха Стефана Пермского. Нет, никуда не уеду, я сюда корнями вросла.