Экстремальные вокальные техники в арсенале металл-групп появились в восьмидесятых годах прошлого века и с тех пор прочно закрепились в брутальных музыкальных стилях, став неотъемлемой их частью. Опыт западных коллег с успехом перенимают российские музыканты: гроулинг, скриминг и их производные с успехом используют вокалисты известных, и не очень, отечественных команд. В Коми экзотическое пение все больше и больше набирает обороты, наглядным подтверждением чему становятся всевозможные музыкальные фестивали, где подавляющее большинство металлических коллективов с «ревом» доносит до публики свой творческий посыл. Корреспондент БНК решил не оставлять без внимания модное субкультурное явление и в рамках проекта «Суровая специальность» побеседовал с сыктывкарской преподавательницей экстремального вокала Ириной Платоновой.

Фото Николая Антоновского

- Почему именно экстремальный вокал, как пришла к этому?

- Да особенного ничего и не было. Мне как-то сестра дала диск Amatory послушать. Музыка мне понравилась, первая мысль была: «Ничего себе, как люди поют, а почему бы и мне так не попробовать?» И я попробовала. Начала потихоньку вокальные партии снимать, ну вот с тех пор и пою. На деле все оказалось намного проще, чем поначалу казалось.

- Сколько лет тебе было, когда ты «зарычала» в первый раз?

- Осваивать экстремальный вокал я начала в 13 лет.

- А голос повредить не боялась?

- Я об этом и не думала. На тот момент у меня уже был определенный певческий стаж — с первого класса шесть лет занималась народным вокалом, потом на «эстраду» немного походила. Базовые навыки я имела, поэтому переквалифицироваться для меня особого труда не составило.

- Как окружающие воспринимали? Все-таки девушку-гроулера встретишь не каждый день.

- Ты знаешь, вполне адекватно. Музыкантам нравилось, поэтому с реализацией своих творческих замыслов проблем не было. Ну а те, кто не в теме, - им, безусловно, все это казалось несколько странным, но, тем не менее, никакого негатива или неадекватной реакции в мой адрес никогда не было.

- С группы Amatory начался твой творческий путь, а чем продолжился, есть команды, на которые ты ориентируешься?

- Само собой, ведь, по сути, симпатии и кумиры есть у каждого. Другой вопрос, что я стараюсь не замыкаться на конкретном стиле и слушаю разную музыку, потому что везде есть свои какие-то интересные моменты, фишки, это расширяет кругозор, а для музыканта это очень важно.

- А что еще важно для музыканта?

- Важно все, но в первую очередь нужно грамотно и качественно делать то, что ты делаешь, в нашем случае — музыку. Многие у нас гонятся за модой, совершенно бездумно копируют музыкальные стили, манеру исполнения, не вкладывая в это ровным счетом ничего. Беда тех же вокалистов, что тренироваться не хотят, пытаются как можно быстрее выйти на сцену, и, поверь мне, ничего хорошего из этого не выходит.

- Ты не только певица, но и педагог, как обучаешь своих учеников, вышеизложенное до начинающих донести пытаешься?

- Без этого никак. Качество должно стоять на первом месте, а качество — это правильное, техничное исполнение. Техничное исполнение — это работа, постоянные тренировки. Ничего запредельного нет, сам видишь, все предельно просто.

- Тренироваться под твоим началом могут все или искусство доступно только избранным?

- Не поверишь, всем без исключения. Каких-либо ограничений нет. Ко мне приходят как молодые люди, так и девушки.

- А как же возраст? Бытует мнение, что экстремальным вокалом можно заниматься только когда голосовой аппарат полностью сформировался.

- Относительно экстремального пения чего только не бытует. Впору уже какой-нибудь сборник сказок издавать. Возраст не является каким-либо ограничивающим фактором. Если человек все делает правильно, на дыхании, а я напомню, что звук у нас идет на дыхании, работает низ живота, диафрагма — то никакой угрозы для организма нет. Само рычание происходит за счет колебания ложных связок, голосовые складки при правильном гроулинге не задействуются. Если звук специфический, это не значит, что и в горле происходит что-то невероятное. Само собой, что слишком рано не стоит осваивать эту технику, поскольку процесс это не простой и требует полного понимания того, что ты делаешь. Ко мне заниматься приходят с 14 лет, и я думаю, что этот возраст подходит вполне.

- Много у тебя учеников?

- На данный момент пять. Преподавать я стала недавно, меньше года, поэтому пока класс не велик.

- К тебе люди приходят с поставленными голосами или полные новички, никогда ранее не певшие?

- Да все приходят. Конечно, с поставленными голосами все намного проще, но и новички тоже довольно быстро развиваются. Все от человека зависит, от его желания и целеустремленности.

- В Сыктывкаре экстремальное пение пользуется популярностью?

- Я бы не сказала. Люди у нас все-таки очень консервативны, придерживаются каких-то стереотипов непонятных, тем самым загоняя себя в рамки. Многие у нас гроулинг, скриминг и за пение-то не считают, а ведь это своя культура, пусть оригинальная и своеобразная, но культура, и отрицать этого не стоит.

- Тех, кто сумел вырваться из рамок консерватизма и решил приобщиться к металлической культуре, каким образом обучаешь, есть специальная программа?

- Все индивидуально, я так сама научилась, мне никто ничего не показывал. Я ведь, по большому счету, даю только азы, а дальше человек уже самостоятельно развивается. Кому-то получается объяснить все сходу, некоторым я даю посмотреть видеоуроки, им так проще понять, что и как делать.

- На тот случай, если кто-то из наших зрелых читателей надумает заняться экстремальным вокалом, есть ли шанс овладеть гроулингом, пребывая не в самых юных летах?

- Что называется, «и снова о мифах». Конечно, есть, хоть в 60 лет овладеть можно. Ложные связки используют все люди — покашляли при простуде, вот тебе и работа ложных складок. Подключить к работе их можно в любом возрасте.

- Какой у тебя был самый старший ученик?

- 29 лет, начал заниматься, и прогресс пошел.

- А как у тебя самой вокальная карьера складывается?

- Складывается, на данный момент пою в сыктывкарской команде DEFINER, сейчас сводим альбом, в планах отснять клип.

Клипп команды DEFINER:

- Как публика воспринимает вашу группу, параллелей с Arch Enemy не проводят?

- Народ нас очень тепло принимает, молодые люди после концертов подходят, знакомятся, те, что помоложе, и автографы просят. Доводилось и на груди мужской расписываться. С Arch Enemy не сравнивают, музыка у нас разная, да и, признаюсь, не нравится мне эта группа. Ангела Госсов, на мой взгляд, не самая сильная экстремальная вокалистка, есть намного интереснее певицы, работающие в этом стиле.

- Выходит, если девушка испытывает недостаток мужского внимания, ей нужно начать петь гролом?

- Ну я же с парнями так не разговариваю (смеется). Это опять же стереотипы, я в жизни спокойно разговариваю. Гроулинг — это разновидность пения, зачем им в жизни разговаривать?

- Вернемся к творчеству. О гастрольном туре с группой еще не думали?

- Думали, конечно, но пока это не просто — работа не позволяет. Музыкой у нас все хотят заниматься серьезно, чтобы все время любимому делу уделять, но с нашей стилистикой этого сложно добиться, поскольку, как ни крути, подавляющее большинство металл как музыкальное направление не воспринимает.

- Так, может быть, стоит ориентироваться на вкусы большинства и играть более понятную музыку?

- Так мы и ориентируемся на большинство, мы их просвещаем (смеется). Ну а если серьезно, металл никогда не будет музыкой для широкой аудитории, отношение к нему не изменится, разногласия будут всегда. Нет смысла что-то кому-то навязывать, поскольку это дело вкуса. А играть в угоду кому-то не очень хочется, это ведь все-таки творчество, а не партзаказ.

- На твой взгляд, что необходимо провинциальной рок/металл группе для успешного старта?

- Спонсорская помощь, других альтернатив не вижу. Чтобы раскрутиться, нужно с чего-то начать, а это требует определенных затрат. Но на сегодняшний день меценатов, работающих в этом направлении, у нас, к сожалению, очень и очень немного. Поэтому пока исключительно своими силами.