12:30, 13.06.2015 / КУЛЬТУРА

В Национальный музей Коми передали чугунное надгробие девятнадцатого века

Фонды Национального музея Коми пополнил неожиданный экспонат – старинная могильная плита с одного из кладбищ Усть-Сысольска. У этого раритета любопытная история, в которой разбирался журналист «Республики».

IMG_9305-500x750-1.jpg

Фото respublika11.ru

Осенняя находка на кладбище

Журналисту «Республики» довелось видеть это надгробие еще осенью 2006 года. Тогда она неизвестно откуда появилась на Кочпонском кладбище Сыктывкара. Тяжелая чугунная плита конца позапрошлого столетия словно бы материализовалась в тесной оградке, среди трех безымянных могилок. На вопрос, откуда появилось это надгробие, работники кладбища только смущенно разводили руками. Сказали, что они охраняют территорию погоста только днем, а что происходит здесь по ночам, никто не ведает.

На высокой чугунной плите без труда можно было разобрать надпись: «Здесь погребено тело умершей отроковицы Елены, дочери торгующего крестьянина Василия Петрова Оплеснина, имевшей от роду 11 лет и 1 месяц, скончавшейся 16 мая 1883 года». Памятник скромно декорирован по обычаю того времени: сверху от букв изображен крест с расходящимися от него лучами, а внизу череп Адама. Но на каком именно кладбище Усть-Сысольска была погребена «отроковица Елена», неизвестно.

Кочпонское кладбище – одно из самых старых, сохранившихся в столице, но, возможно, могила Елены Оплесниной находилась не здесь, а в местечке Кируль, рядом со Свято-Вознесенским храмом. До революции именно там было центральное городское кладбище. В 1930-е годы его закрыли, и большую часть могил сровняли с землей. Возможно, что плиту нашли в Кируле и привезли на Кочпонское кладбище. Здесь ее оставили рядом с тремя могилками, судя по размеру – детскими, на которых уже не сохранилось ни крестов, ни памятников. На обратной, гладкой, стороне плиты чернел слой, похожий на асфальт или битум. Возможно, плита долгие годы служила полом в чьем-то сарае или гараже, и, только перевернув ее, хозяева обнаружили надпись и решили не брать грех на душу, а отвезти ее на кладбище.

Старинное надгробие недолго простояло на чужих могилах. Однажды оно исчезло так же неожиданно, как и появилось.

Дочь купца Оплеснина

Отец безвременно почившей «отроковицы Елены» Василий Оплеснин – один из самых известных усть-сысольских купцов.

В Сыктывкаре на улице Советской до сих пор стоит дом купца 2-й гильдии Василия Оплеснина. Впрочем, здание это было возведено в начале 1890-х годов, так что дочь купца Елена там пожить не успела. Хотя жила и умерла она именно на этом месте – в годы ее жизни здесь находились деревянный двухэтажный дом купца и флигель, позади них – амбары и хозяйственные постройки.

Василий Оплеснин – сын торгующего крестьянина Выльгортской волости - после смерти отца продолжил его торговое дело. К 1881 году стал крупным уездным землевладельцем и членом уездного земского собрания. Через пять лет он открыл торговую лавку, а в 1891 году – свое предприятие по лесозаготовкам. Прибыль позволила ему построить каменный двухэтажный дом с магазином на первом этаже (здесь торговали мануфактурой, табаком, железными и медными изделиями). Годовой оборот купца доходил до 25 тысяч рублей. Это позволило ему собрать необходимую сумму для преодоления сословного барьера, и в 1894 году «бывший государственный крестьянин Усть-Сысольского уезда Выльгортской волости, погоста Сретенского Василий Петров Оплеснин, поскольку записан в Усть-Сысольское 2-й гильдии купечество, из числа крестьян селения и общества исключен». Поэтому на могиле умершей в 1883 году дочери он назван еще не купцом, а «торгующим крестьянином».

Помимо торговли Оплеснин занимался общественной деятельностью. Участвовавший в комиссии по строительству Стефановской церкви купец стал церковным старостой. Пиком его общественной деятельности является назначение его в 1907 году председателем Усть-Сысольской уездной земской управы. На этой должности он оставался до 1913 года.

После революции купец лишился всего своего заработанного и накопленного почти полувековыми усилиями имущества. Последнее упоминание о нем в документах – это регистрационная справка «нетрудящегося элемента» от 18 октября 1919 года сообщает: «От роду 75 лет, семейства не имеет, особых определенных занятий в настоящее время не имеет, живет в Усть-Сысольске на чужой квартире». По преданию, купец повесился на люстре в своем бывшем доме. Его могила не сохранилась.

В доме купца была открыта столовая для рабочих, а на первом этаже оставался магазин. С 1930-х годов по 1996 год в бывшем купеческом доме размещалось республиканское аптекарское управление. С этим зданием связано немало загадок и мистических историй. Например, в конце прошлого века здесь появлялся по ночам призрак купца. Хотя его никто не видел, но постоянно слышались звуки шаркающих шагов и невнятное бормотание. Опрокидывались стулья, открывались-закрывались двери, падала и разбивалась посуда. И даже колокольчик без языка вдруг начинал звенеть. Все это прекратилось после освящения здания и проведения в нем капитального ремонта. Кстати, во время последнего под полом нашли воткнутые в бетон металлические штыри. Зачем они были нужны, не смогли понять даже опытные строители.

Известно, что Елена была не единственной дочерью купца. У Василия Петровича и его жены Ульяны Ивановны родилось три сына и две дочери. Старший Степан родился в 1865 году, Павел – в 1869 году, младшая дочь Анна – в 1874 году. Третья Елена появилась на свет в 1872-м и умерла в 1883 году (именно ее надмогильная плита неожиданно «выплыла» из прошлого). Умерла девочка предположительно от чахотки. Отпевали ее в Выльгортской Сретенской церкви. В том же году скончался и младший сын Василия Петровича – семилетний Василий.

У купца и его жены остались многочисленные потомки, которые живут в Сыктывкаре и по сей день. Одна из них – Светлана Рочева – и передала плиту в музей.

В Киров и обратно

Но до того, как надмогильная плита попала в дом Светланы Рочевой, старинный артефакт совершил путешествие в Киров и обратно. После того как плита пропала с территории Кочпонского кладбища, она оказалась на одном из сыктывкарских приемных пунктов по сбору цветмета. Отсюда стокилограммовый раритет отправили в Киров на переплавку. И с 2006 до 2014 года она ждала здесь своей участи на территории одного из заводов. Но у рабочих предприятия, как говорится, рука не поднялась на то, чтобы переплавить старинное надгробие. Они даже почистили его. И, когда благодаря вятской журналистке Оксане Бахрин потомки купца Оплеснина узнали о том, что плита нашлась в Кирове, они привезли ее из этого города. Около года плита хранилась у них во дворе, и вот сейчас они решили передать ее в музей.

– Впервые мы узнали про плиту тогда, когда она появилась на Кочпонском кладбище, – поведала «Республике» сыктывкарская пенсионерка Светлана Рочева. – Тогда мы съездили на кладбище, подняли плиту и прислонили ее к дереву. Хотели забрать, но не успели. Охотники за металлом опередили. В прошлом году узнали, что плита нашлась в Кирове, позвонили туда на завод «Динамо», заказали доставку и привезли семейную реликвию в Сыктывкар. Живу я в частном доме на окраине Сыктывкара. Вначале спрятала плиту в конуре с собаками – чтобы ее вновь не украли. Затем хранила ее рядом с конурой.

Прапрапрадедушка Светланы Рочевой приходится родным братом матери Елены Оплесниной, жены купца Ульяны Ивановны. Родственники с этой стороны покоились на Кирульском кладбище. Там, скорее всего, была погребена и девочка Елена, умершая в мае 1883 года.

– Это неожиданный экспонат для нас, – рассказала «Республике» директор Национального музея Коми Ирина Котылева. – Но предмет, несомненно, представляет ценность для истории нашего края. Плиту, скорее всего, отлили на одном из местных чугунолитейных заводов: в Кажиме или Нювчиме. Это единственное чугунное надгробие, сохранившееся с позапрошлого века в Сыктывкаре. Пока еще не решили, как будем экспонировать его. Возможно, что представим на «Выставке одного экспоната» или на экспозиции, посвященной местному купечеству. Главное сейчас – это сохранить артефакт для будущего. А для этого необходимо провести обработку материала плиты против коррозии и провести консервацию раритета.

3766

Комментарии (23)

Добавить комментарий
  • чел.
    13 июня 2015 г., 14:03:50
    Ответить
    спросите у Рогаёва.
    Он раскроет тему и тайну плиты подробней.
    Отправлено из мобильной версии
    • чел.
      13 июня 2015 г., 14:04:10
      Ответить
      Рогачёва
      .
      Отправлено из мобильной версии
      • чел.
        13 июня 2015 г., 14:04:55
        Ответить
        или Рогачова?
        Извините.
        Отправлено из мобильной версии
        • вобщем
          14 июня 2015 г., 12:09:34
          Ответить
          с рогами...
  • вася кирульский
    13 июня 2015 г., 14:05:49
    Ответить
    вопрос...
    Уважаемый Директор Национального музея Коми! А убрать здания и дороги с Кирульского кладбища, с могил людей Православных, никто не думает?
    • 1
      13 июня 2015 г., 14:23:40
      Ответить
      какие границы интересно у кирульского кладбища были?
    • n
      13 июня 2015 г., 16:33:50
      Ответить
      тенденция нынче такова(умудряются застраиваться прям возле захоронений свежих), что скоро захоранивать вообще не будут - сожгут и развеют по ветру...
      • чел.
        13 июня 2015 г., 17:42:42
        Ответить
        скорее бы крематорий сделали
        Кладбища наступают. Посмотрите на Выльгортское старое и Тентюковское закрытое. На тентюковском скоро и на лыжной трассе хоронить будут. А может и хоронят. В прошлую зиму не катался.
        Отправлено из мобильной версии
        • Ситуация
          13 июня 2015 г., 19:11:01
          Ответить
          В данном случае не кладбище наступает, а на него наступили. Каково, на костях-то...это по-христиански/по-человечески?
    • ?
      13 июня 2015 г., 18:51:50
      Ответить
      А музей тут каким боком?
  • вася кирульский
    13 июня 2015 г., 20:32:34
    Ответить
    ...каким боком?
    Ну как же...логика абсолютная, если одну железную плиту с этого кладбища, хотят реставрировать и в музее показывать, само то кладбище освободить от застроек и дорог...можно попробовать?
    • Андрей
      14 июня 2015 г., 9:34:36
      Ответить
      Никто не будет ничего освобождать на месте кладбища позапрошлого века. По действующему закону кладбища можно закрывать и сравнивать с землей можно через 25 лет после последнего захоронения и согласия родственников погребенных. На месте бывших кладбищ можно разбивать скверы и парки и оборудовать места общественного пользования, в т.ч. дороги, путепроводы и т.д. Как ни парадоксально звучит, но и у кладбищ есть свой срок существования.
      • 2
        14 июня 2015 г., 23:04:00
        Ответить
        Для Андрея
        А после 25 лет и разравнивания приведений, то есть потревоженных спящих не боишься?!
  • Серега
    13 июня 2015 г., 22:08:03
    Ответить
    В начале 70 х на территории Свято Вознисенского храма был гараж " Севсантехмотажа " пол в гараже был выслан подобными плитами часть плит была отправлена на переплавку в Нювчим или СМЗ эта видимо одна из сохранившихся В качестве наковальни использовали надгробья . При прокладке труб было поднято много могил в них находили золотые крестики , часы . Кольца Останки зарывали в траншеи или вывозили с грунтом. Особенно запомнились косы женшин .
  • +++
    13 июня 2015 г., 23:14:59
    Ответить
    Грех какой на могилах строить и вывозить останки. В Тюмени в 1990 г., когда город разросся и кладбище оказалось в центре, его заровняли, сохранили деревья, установили лавочки, фонари, аллеи сделали. В троицу туда приходили люди и оставляли возле лавочек цветы и венки. Но строить на этом месте никто ничего не стал, а в Сыке видать заповеди христианские никакого значения не имеют.
    • +1000500
      14 июня 2015 г., 0:08:30
      Ответить
      старые люди поговаривают, что ДРБ (в больничном городке) тоже на бывшем кладбище построили. когда сваи забивали под фундамент, так кости так и разлетелись в разные места. а плиту эту я видел на кочпонском кладбище, прямо при входе на излучене двух тропинок. долго там стояла, облокотившись на елку ( запомнил ощущение такое , когда подходишь почитать, что там написано, дрожь и холод, будто её из глубины выроли), потом пропала.
  • вася кирульский
    14 июня 2015 г., 0:35:29
    Ответить
    дрожь и холод...
    До тех пор, покуда в Сыктывкаре будет улица Кирова и Коммунистическая, а так же улица ленина...пока на людских могилах будет стоять военкомат и продовольственный магазин - жить по человечески тут не будут!
  • Савва
    14 июня 2015 г., 9:14:15
    Ответить
    А может установить это надгробие у Кирульской церкви как память этой девочки и всех усть сысольцев похороненных там
  • Рома
    14 июня 2015 г., 9:22:36
    Ответить
    В Питере , Пятигорске и Архангельске есть кладбища с датой захоронений начала 19 века причем в центре города . На этом свете мы в гостях на том же мы все дома . Написал купец на своей могиле
  • +++
    14 июня 2015 г., 12:02:04
    Ответить
    Да в Архангельске в центре Вологодское кладбище, на его территории церковь стоит, ребята афганцы, чеченцы захоронены и власти города не посещают мысли на его месте что-то строить.Да и коммуняки-поморы его в свое время не тронули, а вот коммунякам-коми грех на душу брать не страшно было. Действительно в Арк-ске захоронения 19 века на огромных камнях выбито кто захоронен, читаешь и как-будто прикасаешься к той жизни - нам неведомой.
  • 1
    14 июня 2015 г., 13:44:30
    Ответить
    О, старинные кладбища...там особая атмосфера.
    Например, Смоленское кладбище в Питере, там Питерцы любят прогуливаться-зеленая зона, тихо, птицы чудесно поют, река Смоленка...
  • Елена
    15 июня 2015 г., 12:58:03
    Ответить
    В перми, между Ленинским и Мотовилихинским районами есть старинное кладбище - Егоршихинское, кажется. По дну огромного оврага по краю кладбища речка протекает. Егоршиха. Огромная территория, заросла лесом, на территории два старинных храма, несколько участков - старообрядческий, католический, мусульманский. Есть участки, где похоронены деятели искусств и культуры. Одно из самых старых захоронений прямо за церковью - могила участника войны 1812года. Здесь же старые захоронения священников, купцов, их домочадцев, склепы. Левая часть - захоронения (есть массовые) умерших во время войны в госпиталях Перми. Здесь мемориал с памятником. Всё ухожено, дорожки проложены, вычищены, венки и цветы на могилах. Идут службы в этих храмах, люди посещают захоронения. Благолепие и покой. Сама история дышит и живёт. И это в центре города! Его обвивают стройки,
  • повезло
    15 июня 2015 г., 14:25:43
    Ответить
    нашла в инете фотографию (место) с надгробной плитой предка
    + 1623 год - он был пастором в Вюртемберге.