Ольга и Александр Смирновы вместе воспитывают кровного сына Сережу и приемного сына Максима. В интервью для БНК Ольга Смирнова рассказала, как выстраивала контакт с Максимом и как теперь помогает приемным родителям в центре «Штурвал».

Фото Константина Стратиенко и предоставлено героями публикации

Ольга и Александр познакомились в «Вычегде»: она пришла туда с подругой, он — с другом. Через несколько лет поженились.

Сблизили возлюбленных стихи: Александр начал их читать, и Ольгу зацепил нестандартный способ знакомства. Еще через несколько лет после свадьбы Смирновы повенчались в Визябоже.

Сергей родился с помощью ЭКО, которое сделали в Чебоксарах. Смирновы мечтали о большой семье и задумались об усыновлении.

— Мне знакомая показала фотографию Максима и сказала: «Надо брать». Мне разрешили его увидеть: завели с заднего хода, нянечка привела Макса. Он был какой-то отрешенный, испуганный, кофта не по размеру. Я его нежненько, нежненько приобняла, почувствовала его запах, и поняла: «Мой, надо забирать», — вспоминает Ольга.

Смирновы забрали Максима, когда ему было 2 года. Они готовили Сергея к появлению брата, подготовили мебель, прошли школу приемных родителей. Первый месяц был медовым, а потом из «него начало вылезать вообще все» — последствия психотравмы, когда родители не желают рождения ребенка, не ждут и когда он попадает в детский дом, где его на руки не берут, на зов не идут.

— Днем Макс был нормальным, адаптивным а вечером у него все переворачивалось. Он начинал бегать по комнате, орать бешеным голосом, всех кусать. Успокаивался он очень своеобразно: ходил по краю кровати, падал на пол, очень сильно стукался и засыпал, — рассказала Ольга.

Адаптация была жесткой. Ольга закрыла свой бизнес, чтобы помочь сыну вписаться в семью: приемным детям нужен безопасный взрослый, который будет рядом максимально возможное время.

Психологи успокаивали, что это не навсегда, что это закончится и советовали укутывать ребенка в одеяло и укачивать как малыша — так создается искусственная граница у приемного ребенка.

Через несколько лет произошел интересный случай. Ольге позвонил ее папа (он, кстати, тоже вырос в детдоме) и сказал, что умерла старая кошка, которую сыктывкарка спасла давным-давно, подобрав на помойке.

— Я сижу, утопаю в слезах. Максим заходит и спрашивает: «Мама ты, чего плачешь». Я ему объяснила, что кошка умерла. Он такой: «Сейчас все будет». И садится ко мне, обнимает меня, как я его когда-то в детстве, одеялком прикрывает и начинает меня вот так вот укачивать: «Она уже была старенькая, она уже бежит по радуге, с ней уже всё хорошо», — поделилась сыктывкарка.

Адаптация продолжается и сейчас: негативные последствия начала жизни без семьи аукаются Максиму до сих пор. Родители обошли с ним много кружков: везде разводили руками. У Максима синдром дефицита внимания и гиперактивности, он как Машенька из известного мультсериала: «А как клюет? А так клюет?».

— И вот недавно буквально у нас выяснилось, что у него какой-то то ли идеальный слух, то ли что, и он начал играть на фортепиано. И у него получается, он сам уже музыку подбирает, — поделилась сыктывкарка.

Поверить в себя мальчику помог Дед Мороз: как и многих приемных детей, у Максима были проблемы с мелкой моторикой, не получалось завязывать шнурки, не давались маленькие пуговки. В Великом Устюге Дед Мороз ему вручил подарок и письмо (которое написала Ольга) со словами: «Максим, ты еще просто сам не знаешь, и никто не знает, но у тебя золотые руки. И этими золотыми руками ты сможешь делать все, что захочешь. Просто тебе нужно немножко постараться». После этого Максим решил, что будет играть на фортепиано, стал пользоваться инструментами — теперь он дома главный по ремонту.

У Сергея есть талант к рисованию. Он сам поступил, прошел отбор в художественную школу. Максим часто подходит к старшему брату, но долго быть вместе они не могут. Интроверт Сергей не выдерживает экстраверта Максима: бывает, что они конфликтуют.

Смирновы продолжали искать ответы: как помочь Максиму «акклиматизироваться». Так появилась АНО «Центр психологической помощи семье и детям «Штурвал», где приемные родители могут выговориться и узнать полезные знания от психологов и других экспертов.

Сейчас в «Штурвале» реализуют два проекта направленных на оказание помощи и поддержки замещающих семьям: «Путь к сердцу приёмного ребенка», который реализуется за счёт средств гранта главы Коми, и «Вместе с самого начала. Школа ранней помощи», который реализуется за счёт средств Фонда президентских грантов.

Ольга создала «Штурвал» при поддержке мужа. Он тогда ушел с работы в суде, где пропадал сутками. Сейчас он на пенсии, трудится как волонтер в православной школе и присматривает за детьми. Александр делает с детьми уроки, готовит еду — он поменялся с супругой местами.

— Приходишь домой «Вот, Оля, суп сварил, там вот котлетки, там вот макарошки. Сядь, поешь». И это настолько ценно, это настолько приятно, что кто-то есть, кто позаботится. Как-то у нас так получилось, что в семье нашей каждый забрал себе ту функцию, которая более интересна, более близка. Мне нравятся машины. Я вожу, машиной занимаюсь я. Муж не водит, но может помочь, колеса принести.

Александр и Ольга много времени проводят в разговорах.

— Мы — лучшие друзья с мужем. Обсуждаем фильмы, книги, пишем тренинги. Нам только тему закинь, мы начинаем обсуждение. Это очень ценно — в супруге найти такого человека.

Ольга уверена: секрет семейного счастья именно в общении.

— Надо уметь проговаривать проблемы. Очень часто просто люди обижаются друг на друга, застревают в этой обиде и сидят там долгие годы. Это очень трудно преодолеть себя, выйти и сказать: «Да, я обиделась, да, меня бесит вот это, давай поговорим». Важно умение разговаривать себя, разговорить своего партнёра.