Согласно исследованиям, проведенным в 1992 и 1994 годах, лишь от 1,6 до 9,7% (в зависимости от продукта) российских потребителей обращали внимание на имя организации-изготовителя и товарную марку при выборе покупки, что объяснялось тотальным дефицитом в предшествующие советские годы. На западном рынке картина иная. По данным Германского исследовательского института им. Макса Планка, лишь у 10% немцев отсутствовали устойчивые покупательские предпочтения марки. К сегодняшнему дню конкурентное изобилие товаров кардинально изменило потребительские вкусы избалованных россиян.

Нескромная роль товарных знаков и марок

Вложение денег в регистрацию товарного знака https://ufa.patentium.ru или марку становится самым прибыльным делом. Товарную марку «Дарья» продали за 30 млн долл., хотя ее себестоимость, включая производство, цеха, складские помещения, не превышала и половины указанной суммы. Товарный знак «Кока-кола» был оценен экспертами в 36 млрд долл., «Мальборо» — в 33 млрд долл. Табачная компания «Филипп Моррис» купила «Дженерал фудз» за 5,7 млрд долл., хотя активы последней стоили 1,78 млрд долл. И наконец, красноречивый пример воздействия товарной марки.

Процесс регистрации

Законодательство, регулирующее вопросы регистрации и использования товарных знаков, оставляет желать лучшего, хотя усовершенствовать его вполне реально.

Есть серьезная проблема. Еще в 1992 году закон предусмотрел создание такого органа как Высшая патентная палата, который изначально вообще задумывался как судебный. Его создание требовало изменений в основном, базовом законодательстве. Прошло 14 лет, а воз и ныне там. Зато Роспатентом был создан орган с подробным названием внутри себя (административный). Длительное время Роспатент (в лице Федерального института промышленной собственности — ФИПС) рассматривал заявки на регистрацию объектов интеллектуальной собственности и регистрировал их. Затем сам же (в лице Апелляционной палаты) рассматривал возражения на отказ в выдаче охранного документа (патента или свидетельства) или против регистрации объекта ИС.

Затем опять же сам (в лице Высшей патентной палаты) пересматривал решения Апелляционной палаты. Причем за любое рассмотрение заплати. Такая вот квазисудебная система, она же кормушка. Сейчас ситуация изменилась, но не сильно: вместо двух звеньев — палат создано одно — Палата по патентным спорам. Естественно, в структуре Роспатента.

За рассмотрение жалобы или возражения против одного решения Роспатента (в лице ФИПСа) следует заплатить Роспатенту (в лице Палаты) 10 тысяч рублей в виде пошлины. Плюс гонорары патентному поверенному или юристу.

Законом установлен обязательный досудебный порядок (не пройдя процедуру обжалования в органе, находящемся в структуре Роспатента, напрямую в суд обратиться нельзя).

Далее суд. Помимо того, что сами судьи зачастую с правовыми нормами в области «интеллектуалки» не дружат (проблема судейского профессионализма здесь особенно остра), нужны еще специалисты, способные оказать суду помощь в оценке «технической» стороны решения Роспатента, каковых при судах, естественно, нет.