Один из самых известных политиков Урала Эдуард Россель в большом интервью поделился историей, как после нескольких лет бродяжничества, будучи совсем ребенком, он с мамой начал новую жизнь в деревне Гэрдъёль под Ухтой.

Эдуард Россель: «Всю жизнь я жил только собственным умом». Фото Владислав Лоншаков / E1.RU

Первый губернатор Свердловской области Эдуард Россель оставил этот пост в 2009 году, а из большой политики ушел в 2022-м, когда перестал быть сенатором Совета Федерации. В 88 лет он по-прежнему ежедневно работает, встречается с людьми и занимается проектами, которые помогают развивать регион, пишет сайт Е1.RU.

Маленький беспризорник прошел путь от жизни на трубах теплотрассы до первого лица Свердловской области. Воспоминаниями Эдуард Россель поделился в интервью.

— Эдуард Эргартович, у вас было по-настоящему трудное детство. Ваша мама пережила репрессии, вы остались беспризорным на несколько лет. Вспомните вашу первую встречу после долгой разлуки?

— Я могу вспомнить не это, а август 1941 года, когда мы спали и к нам постучали. Мама пошла открывать, набросила халат на себя, спросила, кто там. «НКВД. Откройте дверь». Говорят ей: «Одевайтесь». Она начала одевать меня, ей ответили: «Его не одевайте. Там детям нельзя быть». Она стала сопротивляться, ее на моих глазах скрутили. Вытащили на улицу. Она кричала: «Эдик, запомни свою фамилию — Россель! Я тебя найду».

Я три дня сидел, никто ко мне не приходил. Я сидел в трусиках, поперек койки ноги спустил и думал, что смогу выжить, если буду жить только собственным умом. Откуда эта мысль пришла ребенку в голову в четыре года? И действительно, всю жизнь я жил только собственным умом. Это трудно. Приобретаешь много врагов, но я выдержал.

— Когда вы снова встретились с мамой?

— Я шесть лет бродяжничал, был в четырех лагерях беспризорников, убегал, поэтому в НКВД фамилию Россель знали. Она была так же известна им, как и сейчас. Когда Сталин распустил зоны, осужденным разрешили искать родственников. В тот день я пришел на базар собирать подаяние. Смотрю, идет НКВДшник, я бросился бежать от него. Он говорит: «Эдик, подожди, мама приехала, она завтра придет». А я им не верил тогда, и потом тоже. Говорю: «Вот она придет — и я тоже приду». И когда она пришла, я издалека увидел: мама идет. И я побежал ей навстречу. Она меня схватила, никаких слов не было. Было молчание. Она меня обняла так крепко — держит и молчит. Потом сказала: «Эдик, нам надо на вокзал, потому что мне дали справку всего на три дня. Если я в три дня не успею, то меня посадят на 19 лет».

И мы успели. Она привезла меня в деревню Гэрдъёль в Республике Коми, 60 километров в тайгу от Ухты. Там началась моя новая жизнь.

— Когда вы бродяжничали, у вас были друзья? Чему вас научил опыт жизни среди бездомных детей?

— Нас было 20 человек. Мне исполнилось только семь, я был самым маленьким, и они меня избрали старшим по руководству всеми жизненными процессами. Это большущая организационная работа. Жизнь заставляла делать ее, иначе ты просто умрешь. Я каждое утро давал разнарядку: ты идешь в этот магазин, ты — в эту столовую, ты — на базар, на вокзал, ты — на кладбище добывать еду. К вечеру собирали всё в общий мешок. И вот так мы жили, ночевали в теплотрассе на трубах. Барахло всякое на свалке искали, застилали и так спали. Друзей не было, но поддержка у меня была абсолютная.

Эдуард Россель оценил этот опыт жизни как колоссальный.

— Это представить невозможно. Что вы! Беспризорник, немец, преследуемый всей политической системой государства, выжил и стал первым губернатором Свердловской области.

— Годы вашего взросления были тяжелее, чем девяностые, когда вам приходилось область поднимать?

— Это разные тяжести. Тогда шла речь о том, чтобы выжить. Дальше — получить образование. Я любил учиться, читал много. Я ведь говорил на немецком языке и плохо — на русском. У нас в деревне была семья из Санкт-Петербурга. Женщина преподавала в литературном институте русский язык, а ее муж был политическим заключенным. Им разрешили взять библиотеку. Однажды она сказала: «Эдик, приходи ко мне». И я перечитал всё, ночами читал, и уже в третьем классе никто не мог определить, немец я или другой национальности. Я говорил на чистом русском языке. Я благодарен этой женщине, она мне поставила правильный русский язык. Я перечитал тысячи книг. Ночью обязательно книга, утром — на работу.

Полный текст интервью можно прочитать на портале Е1.RU.