Камнеобработка для древнего человека была обыденной и жизненно необходимой. На территории республики археологи находили не только отдельные орудия труда и оружие, но и целые «мастерские». Причем изделия населявших Коми край людей попадали и за Урал, и в Карелию. Как работали мастера, где обнаруживали целые наборы каменных фигурок и почему обмен был важен для охотников, рассказали БНК ученые ИЯЛИ Коми НЦ.

Фото Алексея Баталова

Ведущий научный сотрудник отдела археологии ИЯЛИ Коми НЦ УрО РАН Виктор Карманов пояснил БНК, что полноценно говорить о древних мастерах камнеобработки в регионе стоит с мезолита, датируемого Х — VII тысячелетиями до нашей эры. Конечно, в республике находили и более древние каменные артефакты. Например, на Мамонтовой Курье между Интой и Воркутой обнаружены пять предметов, которым примерно около 45 тысяч лет. Среди них — обработанный с двух сторон бифас, то есть двусторонне обработанное универсальное орудие древнего человека для резки, рубки дерева, обработки шкур.

Но на территории республики первые мастерские камнеобработки датируются именно мезолитом. Обнаруживают их в основном за счет оставленного мусора или брака, которые либо разбросаны «подковой» вокруг места работы, либо собраны в кучки, чтобы не мешались. Трудиться человек мог и в жилище, и в лесу, и на поляне. Размеры рабочих мест небольшие, занимают в лучшем случае метра два.

— Мастеру не требовалось специальное оборудование. Он просто сел удобно на камушек, чтобы было удобнее, разложил инструменты сбоку, кожу или шкуру — на колени, которые служат «верстаком». И начал работать, — описал археолог.

Некоторые территории были особенно любимы мастерами. На одной из дюн вблизи села Пезмег в Корткеросском районе находится памятник Пезмогты 2, датируемый эпохой раннего металла (начало III тысячелетия до нашей эры). Недавно побывавший там на раскопках археолог ИЯЛИ Александр Макаров рассказал корреспонденту БНК, что это единственная специализированная (а не домашняя) мастерская на Вычегде. Остатков жилищ этого времени там еще не нашли, но обнаружили несколько скоплений расколотого кремня с наконечниками стрел. При этом в радиусе пяти километров нет кремневых залежей, то есть древние мастера специально приносили туда сырье для работы.

Вообще кремень для древних обитателей Коми края — это главное каменное сырье. Правда, не стоит забывать и о других материалах, например, о дереве, костях, рогах. Возможно, из этого сырья инструментов было даже гораздо больше, просто они плохо сохраняются, заметил Виктор Карманов.

— Эпоха камня не означает, что орудия были только из этого материала. Но именно камень позволял человеку создать первый инструмент, при помощи которого есть шанс сделать другие. Законы природы такие — мягкое легче обрабатывать твердым, не наоборот, — подчеркнул ученый. — Кроме того, камень сохраняется миллионы лет, благодаря чему это основной источник информации о древних людях.

По сути древние люди не тесали камень, а занимались его расщеплением. Для больших сколов применяли отбойники, для мелких — ретушеры, для разделения материала не ударом, а давлением — отжимники. Правда, в качестве тех же отбойников использовалась обыкновенная галька, которая подходила массой и размерами под задачи мастера. Кремень могли даже запекать в очаге: так материал становился более податливым для расщепления, начинал блестеть, обретал красный окрас.

— Создание орудия — это контролируемое разрушение камня. И чем выше контроль над трещиной, тем ближе мастер к задуманной цели, — подчеркнул археолог.

Камнеобработка для древнего человека — это обыденный труд, ведь основной набор каменных предметов был необходим любому коллективу. Предполагается, что работали с камнем в основном мужчины, но не всегда: в некоторых «примитивных» культурах африканских земледельцев-скотоводов до сих пор применяются каменные скребки, и делают их только женщины. Знания, умения и навыки расщепления камня, вероятнее всего, в древности передавались от отца к сыну.

— Камнеобработка вообще консервативна. Если ты поменяешь форму наконечника стрелы, придется модернизировать еще и древко, искать новый подход к поиску и обработке сырья. Здесь действует принцип: если работает — не трогай, — заметил Виктор Карманов.

Основной продукцией камнеобработчиков оказались орудия труда: ножи, скребки для обработки древесины или шкур, скобели, скребла, резцы. Этот базовый набор позволял человеку разрезать что-то, расколоть, раздробить, распилить, продырявить. Также из камня делали метальное оружие: наконечники стрел, гарпунов, копий, дротиков.

Коми край считается одним из основных мест распространения фигурного кремния. На поселении Угдым I в Корткеросском районе обнаружили целый набор фигурок водных животных: рыб, выдры или бобра. А на памятнике Лопью в том же муниципалитете нашли маленькие скульптуры сухопутных зверей: медведя или кабана, лося. Такие фигурки могли символизировать природного покровителя людей, выражать мастерство создателя или оказаться предметом искусства — версий много.

«В моде» у древних людей были еще лунницы. Эти небольшие серповидные изображения были в ходу в европейской части России в эпоху раннего металла. Их носили как нашивки или подвески, считались либо украшениями, либо магическим предметом, амулетом. В то же время в Европе пока что нашли одно место их производства: это памятник Мартюшевское II в Троицко-Печорском районе.

— При этом наши охотники и собиратели не самые творческие, но очень практичные. У них не было цели создать один шедевр, перед ними стояла задача изготовить десятки хороших наконечников. Все подчинено повседневности, — подчеркнул Александр Макаров.

Особенность предмета могла выражаться не только в нем самом, но и в манипуляции с ним. Археологи на местонахождении Евдино V нашли крупнейшее в европейской части России погребение каменных артефактов раннего металла. Среди 173 предметов есть 32 качественных наконечников стрел, рубящие орудия, обломки ножей. Ритуальные клады делались для обмена с природой: человек отдал что-то лесу и закономерно надеялся на благосклонность «партнера».

Вообще предметы изготавливались не только для собственных нужд, но и для обмена. Торговлей назвать это нельзя, так как древние люди еще не знали денег, но своеобразный бартер являлся основным и важным способом взаимодействия разных групп собирателей и охотников. Также был обмен и услугами, и женщинами во избежание инцеста. Расцвет социальных связей пришелся как раз на период раннего металла.

— Неважно, чем ты обмениваешься. У меня есть очки, у тебя такие же, но мы все равно поменяемся ими. Без всякой выгоды для кого-то. Так мы наладим и поддержим дружеские социальные связи, — объяснил ученый.

На территории Коми имелись большие запасы кремня и множество мастерских по его обработке. Причем в некоторых местах каменных орудий делали намного больше необходимого. В беседе БНК Александр Макаров поделился недавней работой с коллекцией памятника Вад I на реке Вычегде. В первую половину III тысячелетия до нашей эры там стояло сезонное жилище площадью около 12 квадратных метров, то есть большой группы людей жить в нем не могло. А вот бракованных изделий на месте нашли более сотни.

Тем временем в Северо-Западной Сибири или в Карелии мастерских кремнеобработки практически нет. Но там находят кремневые наконечники стрел, из-за чего можно сделать вывод: каменные предметы из Коми шли и на запад, и на восток. Они могли попадать туда опосредованно, пройдя через руки нескольких охотников. А до Коми края, в свою очередь, добирался экзотический здесь янтарь и медь.

Появление металла не означало полное замещение им камня. Примером служит каменная заготовка стрелы в том же Пезмогты 2, датируемая эпохой раннего металла и имеющая следы обработки металлическим инструментом — остатки меди на поверхности изделия. На сохранение камнеобработки отчасти влияло то, что серьезной металлургии в Коми крае не велось. Металлические изделия, скорее всего, поступали извне (из того же Пермского края) и лишь как-то обрабатывались, переплавлялись в очаге. Причем рядом с «плавильней» часто находят и домашние мастерские по изготовлению камня.

Кремень был в ходу в Коми крае как минимум до рубежа первого и второго тысячелетий нашей эры. Спектр каменных орудий неторопливо заменялся металлическими. До последнего оставались актуальными кремневые скребки: камень был доступнее и, возможно, меньше повреждал шкуры.

— Технологический прогресс идет по пути совершенствования орудий труда. И начался этот процесс с какого-то скола, который сделал наш далекий предок, ударив один камень о другой. Так он запустил развитие интеллекта, благодаря чему мы сейчас и обсуждаем мастеров каменной эпохи, — подчеркнул Виктор Карманов.

Алексей Баталов