Всю политическую жизнь Дмитрий Батиев посвятил государственному устройству коми земли. Он выступал на съездах и конференциях, спорил с Иосифом Сталиным. Но быстрый взлет в политике закончился таким же стремительным падением. Последние пару десятилетий его жизни сопровождались проверками, уголовными делами, отправкой в лагеря. А окончилась его судьба расстрелом. Историк Нацмузея Коми рассказала БНК, как Дмитрий Батиев влиял на жизнь коми земли, из-за чего перечеркнули его политическую карьеру и какими были последние его годы.

Фото предоставлено Нацмузеем Коми

Дмитрий Батиев родился в 1896 году в селе Гам. Педагоги местной школы, заметив потенциал своего ученика, направили его в учительскую семинарию села Хреново Костромской губернии.

— Питирим Сорокин там же учился. Видимо, легче всего было пробить место именно туда. Может быть, преподаватели располагали связями с этой семинарией, — предположила сотрудник Нацмузея Коми Елена Морозова.

Юноша при поступлении русского языка не знал, выглядел иначе, чем другие, из-за домотканой одежды, упомянула собеседница БНК. В семинарии над ним смеялись, что сильно задевало Дмитрия Александровича. В то же время учеба пересеклась с Февральской революцией, и молодой человек возглавил комитет учащихся, а впоследствии — комитет всех средних учебных заведений Кинешемского уезда.

В мае 1917 года Дмитрий Батиев приезжает обратно в село Гам, где сразу организует ячейку эсеров. Но параллельно в Коми появляются и другие партии, что провоцирует политическое противоборство. Уже в июне эсер на очередном съезде в Яренске заявляет о необходимости национальной самостоятельности коми земли.

— Начинают создаваться уездные органы власти. Батиева в силу своей активности, а энергия у него лилась через край, выбирают в председатели, члены комитетов, — рассказала Елена Морозова.

Делегаты 5-го Чрезвычайного Яренского уездного съезда Советов

Посоле Октябрьской революции образуют Народный комиссариат по делам национальностей РСФСР, руководить которым ставят Иосифа Сталина. Там создают Зырянский отдел, чтобы тот занимался потребностями коми народа. В нем уже состояло два представителя, но «активность Батиева была настолько заметна», что его рекомендуют третьим. В начале ноября 1920-го Дмитрия Александровича отправляют в Москву, а уже 17-го числа в газете Наркомнаца выходит статья, что богатый край должен иметь самостоятельность в форме республики.

— Он быстро завел связи в верхних эшелонах власти. Был знаком со Сталиным, его родственником Авелем Енукидзе, Григорием Зиновьевым, — указала историк. — Но тот же Сталин считал, что Коми достаточно и автономии. Батиев был из числа нахальных и с Иосифом Виссарионовичем спорил, убеждал его в необходимости республики. Более того — подготавливались документы по ее созданию.

Дмитрий Батиев в итоге оформил для ВЦИК и Совнаркома РСФСР список положений о будущем коми земли. Она должна была стать республикой с высокой самостоятельностью. Природные богатства обязаны принадлежать лишь местным, заявил член Зырянотдела. В 1921-м в Усть-Сысольске прошел первый Всезырянский съезд коммунистов, в основе которого — доклад Батиева. Сам Дмитрий Александрович, по воспоминаниям, несколько раз выступал, бегал по залу, прерывал ораторов.

Вскоре в РСФСР появилась Коми автономная область. Она получила представительство в Наркомнаце, при посредничестве которого в территорию поступала большая часть дотаций. Возникло своеобразное двоевластие, рассказала историк, ведь теперь на жизнь области влияли и местные чиновники, и представительство с Дмитрием Батиевым в Москве.

— Принимать решение в отдалении от Коми очень долго, а нужно получать деньги на медикаменты, продовольствие. Так что Батиев действовал порой самостоятельно, из-за чего власти были недовольны, — поделилась Елена Морозова.

Батиев Д.А. со своей семьёй. 1920-е год.

Обвинения в финансовых растратах в личных целях начали поступать через несколько месяцев после начала работы Батиева. Документацию Дмитрий Александрович вел крайне плохо, из-за чего не мог объяснить расходы. «Был один из помощников, который по-честному воровал, а Батиев ему очень сильно доверял», — упомянула историк. В итоге последовали расследование, исключение из партии, два с половиной месяца заключения в Лубянке. Но дело развалилось, а Дмитрий Александрович вернулся в Коми.

— Он устроился на работу, быстро продвигался по карьере. Но политикой уже не заняться, в 21-м был его взлет. Тогда он взялся серьезно за краеведение, сотрудничал с Обществом изучения Коми края, в то время проходили конференции. Он настаивал на появлении в краеведческом движении географических, филологических отделений, чтобы о коми земле говорили, — объяснила Елена Морозова.

Он стал вторым человеком в Обществе, причем заведовал экономическими вопросами, добился возвращения музея, пополнял коллекции экспонатами. Но в 1927-м стартовала борьба с краеведческим движением, «которое вытягивает старину». Организованная проверка показала, что «с документами у Дмитрия Батиева опять плохо». Его сняли с должности директора музея, ему опять угрожало уголовное дело. Общественнику приходилось менять работы: он трудился хронометристом, техником по исследованию рек, руководителем по мелиорации.

Но в 1933 году началось дело «СОФИН», когда искали врагов из «Союза освобождения финских народностей», и Дмитрий Батиев стал одним из них, указала Елена Морозова. Его арестовали, и он признался в желании объединить все финно-угорские народы и выйти под протекторат буржуазной Финляндии.

— Он отсидел пять лет в Ухтпечлаге, за создание которого сам ратовал ранее. А что такое пять лет? Это значит, что его вину не доказали. Если бы вину подтвердили, был бы другой срок, — рассказала сотрудник музея.

По ее словам, Дмитрий Батиев, сломленный, физически нездоровый человек, по освобождению был вынужден переехать к брату, ведь в 1933-м его семья распалась. А через год появилось новое дело и Батиева снова заключают под стражу. Выйдя на свободу к 1940 году, он арестовывается через год. На следствии Батиев теперь признается в членстве контрреволюционной троцкистской организации. Его приговаривают к высшей мере наказания. Дмитрий Александрович просидел в расстрельной камере более полутора месяцев, пока приговор не исполнили 22 ноября 1941 года.

— Батиев — человек неоднозначный. Он сыграл огромную роль в истории государственного строительства в Коми. Большую часть своей карьеры потратил именно на республику, — резюмировала Елена Морозова. — Он был человеком своего времени — фанатиком и Батиев не изменил своих убеждений за всю свою жизнь.

Алексей Баталов